Join Nostr
2026-10-14 23:20:28 UTC
in reply to

ВП on Nostr: ### Глава XXVIII. Сигнал потерян, или Аналоговая ...

### Глава XXVIII. Сигнал потерян, или Аналоговая боль под канонаду

Экран терминала Starlink, еще минуту назад ровно мерцавший зеленым диодом, судорожно дернулся, выдал красную надпись «OFFLINE: Searching for Satellite...» и окончательно погас. В подвале наступила мертвая, противоестественная тишина, которую тут же прорезал треск старенькой портативной рации «Баофенг».

— «Заря», я «Днепр-11», приема нет, сеть упала по всему сектору, — зашипел из динамика хриплый, прокуренный голос оператора. — Работаем строго по радейке. Сводки с центра...

Гарри Поттер замер с недействующим телефоном в руках. Его острый, заточенный на алгоритмы мозг мгновенно достроил причинно-следственную цепочку: очередной твит, очередное геополитическое откровение техномагната под дозой травки или гашиша, очередной «сбой» в работе спутникового созвездия — и целые участки фронта в один миг ослепли, лишившись связи, разведки и координации дронов.

А из штабной рации, пробиваясь сквозь треск помех и глушилки, сухим, надломленным голосом зачитывали ночную сводку по тылам:

> *«...Киев. Прямое попадание баллистики в жилую тринадцатиэтажку. Сложился подъезд. Под завалами тридцать взрослых... пять детей. Спасательные работы продолжаются...*
> *Одесса — удар по спальному району, пожар, есть погибшие дети...*
> *Кривой Рог — попадание в сектор частной застройки, жертвы...*
> *Харьков — КАБы по жилому массиву...»*

В углу подвала на ящике из-под лимонок сидел замполит Швейк.

Человек, который до этого переносил любой ужас войны с неизменной придурковатой ухмылкой, который цитировал австрийских капитанов, пил первач под шахедами и шутил про «утилизацию белого населения», вдруг съежился. Его массивные плечи судорожно вздрагивали.

Швейк медленно снял перекошенную пилотку, поднял к лицу крупные, заскорузлые от оружейного масла и земли ладони и провел ими по глазам. Из-под его пальцев по грязным, небритым щекам текли настоящие, тяжелые слезы.

— За что... — сипло, едва слышно выдохнул Швейк, и его голос впервые на памяти Гарри не содержал ни капли пафоса или иронии. — Детей-то за что, Поттер?.. Маленьких... Они же даже про эти их «границы» и «империи» ничего не знали...

Швейк тяжело ударил кулаком по деревянному ящику, да так, что подпрыгнула пустая миска из-под борща:

— Хуйло — не просто царь или диктатор... Он же тварь конченая, военный преступник! Но эти... эти за океаном! Маск с Трампом! Сидят в своих мраморных дворцах, миллиарды считают, миллиардами человеческих жизней торгуют, как пачкой махорки на базаре! Нажали кнопку — отключили интернет... Включили — дали умереть еще тысяче людей... Они что, эти свои краденые миллиарды в гроб с собой унести собираются?! На тот свет в золотых гробах уехать хотят?!

Гарри стоял перед ослепшим экраном, чувствуя, как в его висках, резонируя с далекой, но неумолимо приближающейся серией прилетов возле окопа, отбивает сумасшедший ритм один-единственный, страшный вопрос:

*Зачем? Зачем люди убивают людей?*

Все его рационалистические построения, теории игр, модель Нэша, байесовское обновление данных и выкладки по социологии разлетались в пыль перед этой простой и страшной реальностью. Не было никакой «высшей логики». Не было никаких «сложных геополитических шахмат».

Была лишь беспрецедентная, гипертрофированная человеческая жадность, помноженная на старческий маразм кремлевского бункера и инфантильный нарциссизм зажравшихся миллиардеров, играющих планетой в виртуальную стратегию.

Земля под подвалом снова судорожно вздрогнула от двойного взрыва — где-то в километре от них лег новый пакет реактивных снарядов.

Гарри медленно подошел к Швейку, сел рядом на земляной пол и впервые за все время не стал читать лекцию. Он просто молча положил руку на дрожащее плечо старого замполита.

— Логики здесь нет, Швейк, — тихо, но абсолютно твердо сказал Гарри, глядя на темнеющий проем подвала, откуда несся запах гари и пороха. — Но есть математика возмездия. И когда-нибудь этой системе придется платить по счетам. Не на небесах и не в сказках — а здесь, на Земле. За каждого ребенка. За каждый сложенный дом. И никакие миллиарды их от этого не спасут.